«Арт-склейка». К интерпретации экспозиционного диалога

Кучева М.Л., ст. научный сотрудник МАУК «БИХМ»

Сто лет музей хранит и показывает историю края. К юбилею он решил рассказать её по-новому. В «Культмас», структурном подразделении БИХМ, работает выставка «Арт-склейка», где фондовые работы встречаются с современными авторскими коллажами.

Экспозиция разделена на два смысловых блока. Один - авторские коллажные работы участниц неформального объединения «Корпус художников», где техника превращается в язык личных высказываний и эксперимента. Второй - произведения из фондов музея, среди которых доминирует графика, как уникальная, так и тиражная. Именно графика, благодаря своей природной лёгкости, линейности, серийности оказывается особенно близкой к коллажу и органично вступает с ним в диалог. Эта встреча наглядно демонстрирует: несмотря на разницу в языке и времени, обе техники оказываются родственными.

Общая среда - бумага

Графика живёт на бумаге, и коллаж рождается на ней же. Бумага - не «носитель», а активный участник сюжета: она впитывает акварель, держит нажим туши, «пружинит» от оттиска линогравюры и в то же время легко режется, рвётся, принимает клей. Поэтому соединение акварельных листов А.Н. Трапезникова и П.А. Никулина, рисунков в смешанной технике А.Н. Тумбасова, линогравюр А.П. Зырянова с авторскими современными коллажами выглядит не вторжением, а внутренним диалогом одного материала с самим собой.

Экономика средств

И графика, и коллаж ценят экономию и ясность. Здесь нет красочной визуальной тяжеловесности живописи; вместо неё лаконичные точки, линия, пятно. Акварель даёт прозрачность слоёв. То же делает коллаж, только не краской, а слоями бумаги. Тушь вводит резкую артикуляцию контура. Коллаж подхватывает её соединением фрагментов, где каждая склейка звучит как чёткий акцент. Даже «простота» фломастера работает на современный образ: размашистый жест маркера в коллаже - это способ приблизить музейную историю к сегодняшнему дню.

Серийность и монтаж

Линогравюра по природе тиражная техника. Повторяющийся оттиск хранит память о матрице. Коллаж, в свою очередь, мыслит монтажно: собирает версии и варианты, сравнивает, переворачивает, меняет место фрагмента. На выставке это особенно видно. Интерьеры «Палат Строгановых», виды Советского проспекта и Треугольного сквера - всё это фрагменты памяти, которые легко встраиваются в новую сочинённую реальность.

Лёгкость и «воздух»

Графика по определению легче живописи: больше бумаги, меньше плотного красочного слоя. Коллаж тоже любит воздух, оставляет поля, показывает край, не прячет место склейки. В экспозиции находятся всего несколько живописных работ. Они введены точечно и очень точно по смыслу. Виды древних церквей Усолья, написанные легко и размашисто Л.Е. Плесовских, запечатлённые почти с документальной точностью панорамы строящейся улицы Челюскинцев, выполненные А.П. Карягиным, монументальное полотно о строительстве моста через Каму, написанное В.А. Седеговым, - становятся якорными метками, выстраивающими логику экспозиции, транслирующими главную мысль о крепкой связи древнего Усолья и молодых Березников. Но общий тон задаёт всё же графика: она лучше «дышит» в коллаже, не перегружает, позволяет видеть, как строится мысль.

Видимая склейка как смысл

В живописи зритель видит единую красочную цельную плоскость. В графике и коллаже место соединения выведено на сцену: рваный край картона, перегиб листа, кромка оттиска, полоска клея. Это не ошибка, а художественный замысел, где история города и музея буквально держится на соединениях: прошлое и настоящее, Усоле и Березники, фонд и современная интерпретация связаны не метафорически, а физически. Поэтому работа о строительстве Камского моста считывается не только сюжетно, мост становится моделью самого коллажа, соединяющего «берега» времени.

Дисциплина линии и свобода набора

Графика дисциплинирует зрителя, ведь линия задаёт направление взгляда. Коллаж даёт свободу: фрагмент можно заменить, переставить, нарастить. Вместе они создают управляемую свободу. Лист не распадается на хаос, потому что его держит графическая структура; и не застывает в строгих рамках, потому что допускает смещения, наложения, личные реплики, вплоть до включения детских рисунков, фактур картона, мозаичной техники склейки, авторской окрашенной бумаги.

Память как набор и сборка

По большому счёту, музейная коллекция - это тоже набор фрагментов: акварельные листы, оттиски, эскизы, виды улиц, интерьеры, индустриальные панорамы. Коллаж предлагает честный способ работать с такой памятью. Не переписывать её заново, а собирать из имеющегося, показывая источник. Потому «Арт-склейка» звучит современно, она не ретуширует прошлое, а «монтирует» его, чтобы стало виднее, как именно мы помним.

Почему это уместно именно здесь и сейчас

Юбилей музея - повод посмотреть на фонд не как на застывший архив, а как на живой материал. Графика для этого идеальна. Она технологически дружит с коллажем, визуально не подавляет, концептуально поддерживает разговор о слоях времени. В итоге экспозиция показывает не только что хранится в собрании, но и как с этим можно работать бережно, открыто, с уважением к первоисточнику и с правом на личный голос.

В «Арт-склейке» графика и коллаж действуют как единое целое. Бумага - их общее пространство; линия и склейка - общий инструментарий; серийность и монтаж – общий язык. Живопись в экспозиции - смысловой акцент, топографический маркер древнего Усолья и молодых Березников. Но именно «графика-коллаж» - единый язык выставки, потому что именно он точнее всего передаёт музейную память как набор листов, следов, отпечатков и стыков, из которых мы сегодня собираем видимую историю.